09 Февраля, 2020

Бездомов Николай Михайлович

Родился 29 ноября 1961 года в городе Катайске Курганской области.

Любовь к рисованию возникла в раннем детстве. Его мама, Мария Платоновна Чуприянова, вспоминала, как однажды пришла за двухлетним сынишкой в ясли, а заведующая рассказала, что застала его в своем кабинете, сидящим за её столом. Мальчик залез с ногами на стул и, макая пальчик в пузырек с тушью, что-то рисовал на листе ватмана, приготовленном для оформления стенгазеты. Увидев её, он заплакал, а она увидела на листе настоящий лес: ели, сосны… Уже тогда она сказала матери: «У парнишки несомненно есть способности».

Действительно, Коля всё время рисовал, и в детском саду, и в школе. После окончания средней школы осенью 1977 года он поступил городское профессионально-техническое училище № 32, ныне это Бобровский филиал Уральского колледжа строительства, архитектуры и предпринимательства. Училище находилось в поселке Бобровский Сысертского района. Этот старинный населенный пункт расположен на правом берегу реки Исеть напротив устья реки Бобровки, известной своим старинным каменным мостом. Бобровский всегда гордился своими земляками - Героями Советского Союза Валентином Комиссаровым, Николаем Чернавских и дважды Героем Советского Союза, летчиком Григорием Речкаловым. Живописные места привлекали к себе художников, а училище было известно тем, что готовило не просто специалистов по работе с деревом, а настоящих художников, резчиков, инкрустаторов.

Учился Николай у талантливого педагога и творческого художника Александра Павловича Угрюмова. Тот говорил своим ученикам: «Всегда помните о том, где, у кого, и чему вы учились, а главное, чему научились». В июле 1979 года Николай Бездомов с отличием закончил училище и приехал в Верхнюю Пышму, куда переехала семья Бездомовых.

Его приняли маляром-оформителем в художественно-оформительскую мастерскую комбината «Уралэлектромедь», ныне АО «Уралэлектромедь». Его наставником стал Владимир Степанович Мисюряев. Именно он посоветовал ему начать заниматься в изостудии Дворца культуры у Юрия Киселева, у которого занимался сам. Он вспоминал о своем подопечном: «Поначалу он даже рисовать толком не умел. Руку надо было набивать и набивать. Но прошло совсем немного времени, и Коля начал стремительно расти как художник. То ли занятия в изостудии повлияли, то ли все-таки такова закономерность развития дара. Можно назвать это фанатизмом, или как угодно, - им действительно двигала «одна, но пламенная страсть». Сколько он трудился! Сутками напролет рисовал и рисовал… Если что-то не получалось с его точки зрения – раз, сплеча, крестом перечеркнет, всё – забыл, выбросил, и снова начинает. Как-то вернулся с Чусовой (часто уходил на пленэры, нагрузит этюдниками рюкзак раза в три выше его – и на целую неделю один…), показал работы, и потом между прочим: «У меня там дождем пять этюдов намочило, я их выбросил». Не трясся он над своим трудом, как скупой рыцарь, не кроил, не копил, не рассчитывал талант…» Свои картины он, не жалея, раздаривал друзьям и знакомым, или просто оставлял тем, кто предоставлял ему кров в походах и поездках.  

В поисках сюжетов для своих картин Николай ходил в походы, он любил уральскую природу. На Чусовой он знал каждый камешек. Частенько с ним ездила его мама, для которой её младшенький был другом. Она вспоминала: «Бывало идем, а вдруг Коля остановится, пораженный каким-то пейзажем. Или залезет на дерево и сидит часами… Коля, что ты видишь? Да тут, мама, свет по-особенному падает, знаешь, до чего удивительно!..»

В 1987 году он поступил в Красноярский филиал Санкт-Петербургской Академии художеств имени И.Е. Репина, портрет которого выполненный студентом Бездомовым висит в кабинете ректора. В фондах института остались его лучшие учебные работы. Нужно сказать, что его манеры письма отличалась своеобразием, даже академические работы он делал по-своему. А потому его оценки по академическим дисциплинам не позволяли получать стипендию, и он, чтобы заработать на жизнь, рисовал портреты на улицах Красноярска. Своей особой творческой одержимостью и трепетной любовью к искусству он заметно выделялся среди других увлеченных студентов. Ему прочили великое будущее.

Николай был легким в общении, контактным и доброжелательным человеком. Были у него и музыкальные способности – в детстве он учился игре на аккордеоне, в потом часто брал в руки гитару. Наряду с живописными образами, нет-нет, да и всплывали из глубины души художника самобытные поэтический строчки… Друзья его ценили и любили. Один из них, сотоварищ по нелегкому ремеслу «из мотылька, из вздоха, из дождинки творить безумство Бога на земле», сохранил несколько его стихов. В них душа художника: «Глаза увидели бутон цветка. Бутон, увидев глаза, раскрылся и стал цветком. Отдав свой аромат глазам, увял. Закрылись от увядшего глаза».

У Николая была мечта: стать художником-передвижником, странствовать по земле с мольбертом. И другое желание: поселиться где-нибудь в окрестностях Петербурга, завести маленькую мастерскую. Пожалуй, это его единственная «материальная» мечта: забота о благах земных совсем не трогала этого человека, - никогда не мог он денежного коня и трепетную лань искусства в одну телегу впрячь, и не пытался даже.  

Опытный турист, Николай побывал в горах Урала и Приэльбрусья. За год до окончания учебы, ректор предложил ему защитить диплом досрочно и остаться работать в институте в собственной мастерской, о которой он так мечтал. Николай с однокурсниками отправился на этюды для дипломной работы на Тянь-Шань. Мария Платоновна отговаривала от поездки. Но   Николай был тверд в своем решении, отвечал на уговоры шуткой. Лишь в конце сказал матери: «Даже если со мной что-то случится, то кажется, я уже достиг чего хотел…»

Он умер 3 мая 1992 года от прободения желудка среди прекрасных и равнодушных пейзажей величественного Тянь-Шаня. Старая болячка-язва, наследие полуголодной жизни в училище, с коварной неожиданностью подкараулила его в такой момент, когда необходимую помощь оказать было трудно. 1 мая ему стало плохо. Пока ждали вертолет, он два дня он страдал от невыносимой боли. Его повезли в Ташкент, но сердце не выдержало… Когда телеграмма о его смерти пришла в институт, все словно оцепенели. Однокурсники помогли Марии Платоновне собрать оставшиеся работы Николая, к сожалению, кто-то вскрыл каморку, где он хранил картины, и украл лучшие из них.

После гибели Бездомова ректор института писал его матери: «…я захожу в аудиторию и едва сдерживаю слезы – нет Коли, пустота…Мы осиротели… Конечно, нет пророков с своем Отечестве, но мы видели, что он превзошел многих. Только вот не готовы были его потерять…» Однокурсники Николая   хотели провести выставку его картин в Красноярске, как он хотел перед отъездом. Обращаясь к его маме, они написали: «Как несправедлива судьба! Его талант в последнее время стал расцвечиваться новыми блестящими гранями, увеличилась глубина его прозрения в области непостижимого, появилась неожиданная мягкость тона, произведения становились все строже и стали необычайно зрелыми по внутреннему мироощущению. Коля СТАЛ настоящим мастером. В наших силах вместе с Вами сохранить его творчество для многих людей, которым работы Николая несут ни с чем, несравнимую радость от творений его тонкой, прекрасной души!»

Уникальную коллекцию работ Н.М.Бездомова приняла на хранение в фонды Верхнепышминского исторического музея Е.С.Селина, организовавшая в 90-е года прошлого столетия с помощью мамы, отчима и брата художника Петра несколько его выставок в стенах музея. Одна из   них «Жил-был художник» вызвала множество откликов в среде художников и любителей живописи не только Верхней Пышмы, но и области. Областным телевидением был снят фильм о творчестве и судьбе художника, а музею удалось издать в 1995 году мизерным тиражом в черно-белом исполнении небольшой каталог работ Николая.

В мае 2005 года в выставочном зале Детской художественной школы, которым в то время заведовала Ольга Суздальцева, была открыта выставка «Живопись Николая Бездомова». На ней были выставлены шестнадцать живописных полотен и картонов художника, подобранных Е.С.Селиной, лучше всех других знавшей его наследие, способных создать наиболее цельное представление о творчестве этого талантливого человека.  На выставке присутствовала мама Николая, его коллеги, с которыми он несколько лет проработал в художественно-оформительской мастерской комбината «Уралэлектромедь», верхнепышминские художники, преподаватели  Детской художественной школы, других творческих школ, представители учреждений культуры и, конечно, учащиеся художественной школы. Вспоминая о художнике, пытаясь радоваться «роковому счастью художников – продолжать жить в своих картинах», все с болью в сердце сожалели, что Николая Бездомова не стало в момент расцвета его таланта.

Девятнадцать работ Николая Михайловича Бездомова, написанных им в разных техниках и жанрах, заняли достойное место в альбоме «Художники Верхней Пышмы», изданном в 2017 году. То, о чем думал художник, как он любил, каким видел мир, и что в конечном итоге ему открылось – всё осталось жить в картинах. А значит, не умер и сам Мастер. С портретов художника, написанных Владимиром Мисюряевым и Нуриманом Айбулатовым  на нас смотрит жизнерадостный человек с доброй улыбкой – молодой художник Коля Бездомов.   

Просмотров:

сегодня: 3, Всего: 291.